Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 11)

Помимо десятков  случаев принятия ислама в плену, первая и вторая чеченские кампании породила также феномен новообращенных наемников, которые нанесли своей стране гораздо больше вреда, чем «полицаи». Среди них выделяются Анна Клинкевич, Юрий Рыбаков и Виталий Смирнов.

Уроженец города Майский Кабардино-Балкарии Юрий Рыбаков приобрел печальную известность как один из самых результативных снайперов у боевиков. В весьма юном возрасте 15 лет его завербовал чеченец Лема Юсупов из села Первомайское, который сначала втянул пастуха Рыбакова в преступный бизнес по угону скота, а затем уговорил перебраться в Чечню и заняться торговлей краденой нефтью 75.

После начала второй чеченской кампании Рыбаков примкнул к боевикам и стал снайпером в одном из отрядов. «Образование — 5 классов. Светлые волосы коротко пострижены, рост выше среднего, в глаза не смотрит, прячет. Плачет. Но жалости к нему нет, когда узнаешь, что натворил этот Юрий. По словам Рыбакова, деньги, вырученные от продажи (что продавал, не сказано), шли на приобретение в Грозном оружия и боеприпасов. На рынке Грозного было закуплено тридцать автоматов, гранатометы «муха».

В сентябре прошлого года в селе, где жил будущий снайпер, чеченцы формировали отряд, который возглавил Султан  Шаухалов. У него был позывной «алмаатинец».

— При отряде я прошел подготовку, обучали только чеченцы,— говорит Рыбаков.

Как выяснилось в ходе следствия, в январе нынешнего года он убил пятерых солдат. Это было в селении Первомайское. Снайпера прикрывали два боевика: автоматчик и пулеметчик, оба чеченцы. В Грозном, в районе консервного завода, он убил пятнадцать солдат, а когда федеральные войска заняли это предприятие, еще трех. В том  же январе он не раз участвовал в засадах, на его прикладе появились еще три зарубки.

— Офицеров я не стрелял,— говорит, чуть не плача, Рыбаков. Меня это не трогает.

В конце января боевики стали уходить из Грозного. В группе Шаухалова было двадцать шесть мужчин и две женщины, одна из которых снайпер.

— Всего, включая нашу группу, из города ушли около четырех тысяч боевиков,— говорит снайпер.— Выезжали ночью на маши- нах, потом шли пешком. Пленные несли на себе боеприпасы.

В районе населенного пункта Кота-Юрт группа известного мне еще  по  первой чеченской кампании полевого командира Руслана Гелаева вступила в бой с подразделениями федеральных сил и осталась прикрывать отход. А в самом Кота-Юрте боевики вы- ставили посты, на одном из которых был Рыбаков. Из снайперской винтовки он убивает здесь еще одного российского военнослужащего. Потом прячется в селении Улус-Керт. Когда же федеральные войска сделали коридор, чтобы Улус-Керт смогли покинуть женщины и дети, с ними под видом мирного жителя пытался уйти Рыбаков» 76.

Рыбакова поймали в марте 2000 года. К этому времени он успел убить 26 российских военнослужащих, поэтому его судьба сложилась самым печальным образом.

Коллега Рыбакова, снайперша Анна Клинкевич родилась в богатой и интеллигентной московской семье. Ее родители Маргарита Клинкевич и Александр Яновский на высоких должностях работали у чеченца Малика Сайдуллаева в лотерее «Русское  лото», затем сами организовали мошенническую лотерею «Золотой ключ» и ударились в бега.

Их дочка Аня жила бурной жизнью, еще в школе успев родить дочку, пристраститься к наркотикам и пограбить игровые автоматы со своим сожителем, которого посадили за это на семь лет. Новой любовью Анны стал  чеченец Эдуард, который уговорил ее приехать в Грозный и принять ислам. Шел 1998 год, время расцвета чеченского терроризма, и молодая москвичка приглянулась лидерам боевиков.

«Муж привел ей пару «охранников» — Султана Сааева и Вахида Турпулханова.

— Слушай их, и все будет хорошо. Помни, я тебя люблю»,— сказал на прощание, а сам испарился.

В«подружки» охранники привели здоровенную бабу с громким хриплым голосом и широкими руками. И представили:

— Яхита Ибрагимова. Она будет заботиться о тебе.

— В 1999-м я проходила подготовку в лагере Хаттаба.— Аня нервно теребит пачку сигарет на допросе в Москве.

В террористический лагерь в Сержень-Юрте Аню рекомендова- ла Яхита. Там самые крутые «спецы» бен Ладена и лучшая диверсионно-разведывательная  подготовка. Обучение в Сержень-Юрте идет в три этапа. Идеологическая подготовка, потом общетактические занятия и заключительный этап — узкая специализация. Аня попала в снайперы. Хладнокровна, умна, не привлекает внимания при изучении объекта.

— Из хорошего оружия мне нравится ТТ,— рассуждает Аня,— а «Макаров» не нравится, очень жесткий. Хотя  я из пистолета не очень люблю стрелять. Очередью из автомата тоже трудно. А вот одиночными — нормально. Кстати, Яхита во время войны только из автомата и стреляла. Вообще-то она больше ничего не умеет.

— А из гранатомета тебе как? — спросили ее.

— Да куда! Он же тяжелый!» — описывала ее жизненный путь «Комсомольская правда» 77.

Боевики использовали Клинкевич для перевозки оружия в Москву. Ее поймали в январе 2000 года около Грозного, однако следствие смогло  доказать только факты незаконного оборота оружия. Анна получила 3 года колонии, однако отсидела только 10 месяцев, сумев выйти по амнистии.

 

75 Максимов К. Русские против русских//Стрингер, 24 декабря 2002

76 Дорогами войны. http://www.karavan.tver.ru/html/n234/article5.php

77 Снайперша Аня//Комсомольская правда, 9 августа, 2001

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *