Архив рубрики: Экспертное мнение

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 27)

Духовенство

Cамым известным из новообращенных мусульман, реализовавших себя как духовный лидер, стал муфтий Северной Осетии Сергей-Али Евтеев.
Евтеев родился в 1974 году в Москве от русского отца и матери осетинки. Воспитывался в осетинской семье Комаевых у родственников матери в Беслане.
В 1996 году перешел в ислам под влиянием чеченских террористов. Обучался в ваххабитском медресе с. Учкекен Карачаево‑Черкесской Республики. Во время учебы Евтеев посещал учебные лагеря амира Хаттаба под Сержень-Юртом в Чечне и рассматривал возможность своего участия в «джихаде» против России. Также он тесно общался с салафитскими идеологами Кабардино-Балкарии Анзором Астемировым и Мусой Мукожевым (ликвидированными соответственно в 2009 и 2010 гг.) и даже называл их своими учителями. Однако от участия в военных действиях его удержала учеба в каирском университете Аль-Азхар, где Евтеев проучился четыре года. Затем он продолжил обучение в Международном исламском университете в Медине (Саудовская Аравия) на факультете «Основы религии и проповеди».
Евтеев был председателем мусульманской общины Беслана, некоторое время являлся имамом владикавказской мечети, часто выезжал с проповедями и рабочими поездками в районы республики. Также он работал заместителем муфтиев Северной Осетии
Руслана Валгасова и Мурата Тавказахова. 29 января 2008 года председатель ДУМ РСО-А муфтий Мурат-хаджи Тавказахов под давлением местных ваххабитов ушел в отставку и 31 января того же года новым муфтием республики был избран Али Евтеев, отозванный в связи с этим из Саудовской Аравии. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 26)

Среди журналистов‑неофитов стоит упомянуть Яна Гордеева из Казани, сына известной журналистки и правозащитницы Веры Постновой, а также обозревателя террористического портала «Кавказ-центр» Дмитрия Орлова.
Оппозиционный властям Татарстана Ян Гордеев принял ислам по интересной причине: «Я родился в православной семье и ислам принял в сознательном возрасте. Мы все выросли в 1990‑е, когда ненависть к чеченцам и исламу была общим местом. Помню, как в начале чеченской войны, когда я был еще подростком, то мечтал о том, чтобы всех чеченцев вырезали, а Чечню — разбомбили. Потом понял, что эту войну нужно заканчивать — а как, если ты не политик? Ее нужно заканчивать в своей душе и в своем сердце. Так я стал мусульманином». При этом его брат Глеб Постнов остался православным и продолжил дело матери, освещая жизнь мусульман Татарстана 183. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 25)

Судимости за свою деятельность приобрели еще два мусульманских журналиста-неофита: Ислам Яблоков из Санкт-Петербурга и Алауддин Дудко из Ингушетии.
Сергей Яблоков, впоследствии известный как Ислам, родился в 1982 году в городе Гагарин Смоленской области. В детстве он считался воцерковленным православным верующим, однако в храмах ему было неуютно и многое непонятно.

Все изменилось внезапно. Когда я познакомился в 1998 году с одним чеченцем. Он не отличался богобоязненностью, не был образцом добродетели. Однажды, видя во мне непреодолимую тягу к совершенству, он сказал мне: «Ты парень нормальный, умный, тебе нужно просто бросить свои дурные привычки и стать мусульманином». Я ответил ему, что я меня не хватит сил, еще раз покончить с пороками моей слабой стороны души. Но он сказал, что Аллах Всевышний делает десять шагов к тому, кто делает на Его пути один шаг и если ты идешь к нему навстречу, то Он бежит. Эти слова глубоко запали в сердце. Тем более, что почва для семени новой животворящей веры была готова. Мое знакомство с исламом началось с университетской скамьи. Я учился на историческом факультете и на втором курсе в рамках дисциплины «История стран Азии и Африки в средние века» мы коснулись истории арабов и появления ислама. И надо сказать, что еще оттуда я проникся уважением к этой религии. Во многом эта заслуга преподавателя восточного факультета Т. М. Семенковой, которая не постеснялась разрушить устоявшиеся стереотипы и искажения об истории ислама. Постепенно я стал знакомиться с людьми, которые окружали чеченца-мусульманина и действительно увидел и почувствовал, то, чего мне так не хватало — чувство братства, участие в твоих делах и, главное, искренность в отношениях. После этого я уже не сомневался и произнес шахадат: свидетельство веры»,— так объяснял свой приход к исламу Яблоков 177.

Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 24)

Журналисту Камалю-Антону Евстратову из Воронежа аналогично не посчастливилось получить судимость за экстремистские тексты. В 2007 году он, будучи студентом-историком, принял суннитский ислам после путешествия в Египет, а через год перешел в шиизм.

Меня сразу заинтересовала арабская культура, и я решил, что обязательно буду ее изучать. Когда вернулся в Воронеж, познакомился со студентами из арабских стран, они начали меня понемногу учить языку. Параллельно я самостоятельно начал изучать ислам, сейчас уже читаю на арабском отдельные суры Корана. Родные отнеслись к этому довольно прохладно… Я нормально отношусь к христианству, но ислам показался религией, которая гораздо ближе мне. Я постепенно начал подумывать о том, чтобы принять ее. Через два года, в январе 2007-го, я принял эту веру. Большинство моих друзей и знакомых среагировали спокойно: мол, это твое личное дело»,— рассказывал он о причинах смены веры 173.

Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 23)

Журналистка, активистка НБП и Исламского комитета России Татьяна Тарасова, известная также как Доррисон, также как и Ежова, окончила философский факультет МГУ, во время учебы на котором стала живой легендой всего университета. Ее увлечение наркотиками, алкоголем, любовь к психоделическим практикам, биологии и философии надолго запомнились однокурсникам, благо их у нее было много. Тарасова дважды поступала на биологический факультет МГУ, откуда неизменно отчислялась, в итоге окончила философский факультет этого вуза, отделение религиоведения 168.
Во время длительной учебы в МГУ Тарасова слушала лекции Александра Дугина, принимала участие в протестных акциях и даже вступила в НБП, откуда ее выгнали за недостойное поведение. По словам Тарасовой, ислам она приняла в 2004 году после длительного изучения этой религии, хотя, вне всякого сомнения, свою роль здесь сыграли протестные настроения и мода на ислам в НБП 169. Приняв имя Фатима, она поступила на работу в Исламский комитет России, где стала одной из главных соратниц Гейдара Джемаля. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 20)

Параллельно с Маркусом и Леон в структурах близких к Совету муфтиев России работал журналист Валерий-Исмаил Емельянов. Об этой колоритной фигуре известно немного. Сам Емельянов именует себя историком-религиоведом и исполнительным директором Ассоциации международного сотрудничества «Время и мир», знатоком албанского языка и специалистом по Албании, исламо-иудейскому диалогу, а также новообращенным мусульманам 160.

В 1990-х годах он называл себя католиком и жил в Израиле, потом развелся с женой и вернулся в Россию, где не просто стал «русским мусульманином», но и работал на сайтах «Ислам.ру», «Исламинфо», в газете «Все об исламе» под руководством Полосина. Однако в январе 2006 года бывшие соратники по «русскому исламу» неожиданно обнаружили Емельянова, надевшего на голову иудейскую кипу с надписью «ФЕОР» (Федерация еврейских общин России).

А на сайте «Ислам.ру» были возмущены и шокированы тем, что их прежний соратник Емельянов теперь стал присылать им статьи, в которых он призывал всех мусульман молиться о здравии… Ариеля Шарона. Сам же Валерий Емельянов в интервью «ПРАВДЕ.Ру» подтвердил, что надевал иудейскую кипу, но в связи с этим предлагает делать вывод не о том, что он перешел из ислама в иудаизм, а о том, что он был и остается «авраамическим  монотеистом», — так описывал его биографию исследователь современного российского ислама Михаил Тульский 161. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 19)

Очень плодовитой в сфере журналистики оказалась семейная пара неофитов Сергея-Джанната Маркуса и Анны-Айны Леон. Стоит отметить, что не менее активно эти авторы проявили себя как поэты и искусствоведы. Сергей Маркус родился в 1956 году, выучился в Москве на историка и долгое время был православным активистом, учеником протоиерея Александра Меня. До 1984 года он работал искусствоведом, затем был осужден за антисоветскую деятельность и провел два года в Туве.
После выхода на свободу в 1986 году Маркус стал работать на радио и в 1990 году запустил на «Радио России» цикл передач на религиозные темы. В 1995 году он дебютировал в качестве ведущего радиопрограммы «Голос Ислама» (Саут уль-Ислам) под псевдонимом Андрей Хасанов, а в 2000 году принял ислам. О причинах, подвигших его обратиться к другой вере, Маркус рассказал в одном из интервью: «Признаться, «Саут уль-Ислам: Голос Ислама» рождался труднее всего — сначала его попытался вести афганец с плохим знанием русского языка, затем не раз менялись ведущие. Принцип был таков: пусть свою традицию представляют не люди со стороны, а верующие, укорененные в этой традиции.
Но однажды, когда очередной ведущий ушел, и передача прекратилась — последовал звонок из кабинета тогдашнего премьерминистра Черномырдина: «Как смели прервать передачу для 20 миллионов наших сограждан-мусульман?! Это подрывает нашу внутреннюю политику». После этого мой директор Сергей Давыдов потребовал срочно восстановить вещание: «Ты историк и журналист — сможешь освоить и этот материал!».
Так я стал «Андреем Хасановым» — принял псевдоним специально для такой передачи. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 18)

Основатель исламистского сайта «Голос Ислама» ДмитрийХамзат Черноморченко родился в Черкесске, затем переехал в Новый Уренгой. О том, как пришел к исламу, он рассказал в одном из интервью: «В одиннадцатилетнем возрасте бабушка крестила меня в церкви. Позже, в 22 года, я сам стал изучать Библию и труды отцов церкви. Запутавшись окончательно в таинствах и поклонениях святым отцам, я стал читать критические труды основоположников атеизма, европейских философов. В этот период я познакомился с первым в своей жизни мусульманином, который соблюдал свою религию, от него я и узнал об истинном пути к Богу. С родственниками отношения после принятия ислама складывались по-разному. Мать с отцом отнеслись достаточно спокойно, а, например, мой младший брат сегодня уже преподает чтение Корана в мечети. Есть, конечно, и такие, кто стал откровенно ненавидеть меня за мою религию.
Практически сразу произошло мое знакомство с имамом Исомитдином. Именно он выдвинул мою кандидатуру на совет мечети. Он открыл для меня все стороны нашей религии, с ним мы ездили в хадж, и это было самое потрясающее путешествие в моей жизни, несмотря на трудности» 152.
Вышеупомянутый имам Исомитдин оказался узбеком Исомитдином Акбаровым — членом террористической организации «Исламская партия Туркестана». На тот момент он был объявлен властями Узбекистана в розыск, однако вовремя успел получить российское гражданство 153. Тандем террориста и неофита быстро принес плоды,— община мечети «Нур Ислама» юрисдикции Совета муфтиев России в Новом Уренгое стала центром вербовки террористов федерального масштаба, а ее активисты запустили два ваххабитских сайта «Голос Ислама» и «Христианство или Ислам». В 2010 году Исомитдин Акбаров был убит неизвестными. Его преемником стал сын, однако реальная власть в общине оказалась сосредоточена в руках ее председателя Черноморченко, предпочитавшего сокращать свою фамилию до двух первых букв — Че 154.
В 2011 году Черноморченко успел посотрудничать с Исламским культурным центром России другого неофита Абдул-Вахеда Ниязова и возглавить его региональное отделение в Ямало-Ненецком автономном округе. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 17)

Третью по численности группу после террористов-экстремистов и духовных лидеров среди ста самых известных неофитов составляют журналисты. Примечательно, что некоторые из них специализируются на пропаганде экстремистских идей и имеют соответствующие судимости. Еще одной особенностью этой группы является преобладание в ней евреев — выходцев из либеральной среды.
Среди новообращенных журналистов наиболее известна вдова первого президента Чечни Алла Дудаева (урожденная Алевтина Куликова). Дудаева родилась в 1947 году в семье военных, а в 1969 году вышла замуж за офицера-летчика Джохара Дудаева, от которого родила троих детей.
После начала Первой чеченской кампании Алла Дудаева поддержала мужа, со временем став одним из ключевых пропагандистов боевиков.
В 1967 году я с Джохаром познакомилась, уже прошло почти одиннадцать лет после его гибели, я постоянно с его народом, с его детьми, и все мои друзья — чеченцы. Я полностью приняла их менталитет, и я себя не отделяю от чеченского народа. И они уже меня не считают русской. Я знаю русских, которые стали братьями чеченцам. И когда я молюсь, когда делаю намаз, вспоминаю имена всех, кто погиб. Это лучшие воины, мужчины чеченского народа. Я начинаю с имени Джохар и говорю: «Аллах, благослови их газават,— и перечисляю, Джохара, наших погибших охранников Максуда, Магомета, Сэйди, перечисляю имена многих гвардейцев, родственников Аслана, Беслана, Висхана, Умара, Лечу, Шамиля, Тимура, Асламбека… Называю также друзей, погибшего Лом-Эла то есть, русского Леню, принявшего ислам и многих других»,— рассказывала она журналистам. Читать далее

Р.А. Силантьев, «100 самых известных «русских мусульман»» (часть 16)

Лидер ячейки НОРМ в Санкт-Петербурге и большой друг Сидорова Максим Байдак, известный также под кличками Салман Север и Максим Журавлев, родился в 1986 году134. Сам он считал себя выходцем из смешанной семьи, однако единоверцы выражали уверенность в его еврейском происхождении 135.
До принятия ислама Байдак был кришнаитом, параллельно увлекаясь другими оккультными практиками 136. Тогда он был известен как «Шивананда Дас (Максбогдан Центрагора, Салман Север), идеолог секты братства танаморитов и куратор «Координационного Совета Вождей» 137. «Координационный совет вождей» был совещательным органом скинхэд-бригад, в среде которых Байдак заработал себе определенный авторитет.
Увлечение неонацизмом в 2003 году привело Байдака в ислам.
«Я сам — выходец из правой среды, из ультрапатриотической,— говорит Журавлев (Байдак). — Так сложилось, что костяк НОРМ в Москве и Петербурге образуют бывшие национал-патриоты, переосмыслившие свое отношение к исламу… Толчком стали события 11 сентября 2001 года. Я, как всякий патриот, полагал Америку стратегическим врагом России и славянского мира. 11 сентября как водой смыло детские иллюзии, будто что-то кроме ислама может представлять серьезную альтернативу этому все разъедающему западному началу. Поэтому я принял ислам как нечто достойное»,— рассказывал он в интервью одному интернет-порталу 138. Читать далее